Добавить свою статью на сайт

В дверь постучали. Я открыл и к нам в дом вошли человек

24-10-2013, 12:10
592
Категория: Статьи о сексе

В дверь постучали. Я открыл и к нам в дом вошли человек В дверь постучали. Я отворил и к нам в дом ввалились человек десять. Это все были мамины ветхие дружки и одноклассники. В коем-то веке созвонились, списались и постановили повстречаться. Натурально мама пригласила всех к нам домой, настолько будто дом был большенный, а жительствовали мы с мамой вдвоём.
- Снежанка, будто твой вымахал то!
- Ещё бы, - с гордостью отозвалась мама, - будто ни будто уже пятнадцать миновало.
Всё уже было готово у нас: и ужин, какой мы весь девай вдвоём стряпали, и хмельное, и даже музыка с песнями 80х была настороже. Беспорочно болтая я настолько уже обвык к нашей уединённой жизни(мама на работе век, у меня учёба, а сейчас каникулы), что круглая ватага гостей меня капельку связывала и я ощущал некую неуверенность. Все засели за стол. Моя прозорливая мама заприметила на моём мурле замешательство и с усмешкой, по-дружески ради расслабления предложила дербалызнуть шампанского. Я не отнекивался. Большие выпивали горькую, вспоминали свою молодость, заливались, гоготали. После третьего кубка шампанского я абсолютно почувствовал раскрепощённость и вливался в всеобщее веселье. Наши гости, также уже выпивши и подвыпившие, взялись танцы. Музыка застучала по стенам, свет придушили и все взялись передвигаться под песни их молодости. Я станцевал пару танцев, однако вышел из всеобщего мира, присел к столу. Всего следил за тем, будто большие вновь сделались молодыми и отрывались в танцах, и попивал шампанское. Впопад уже пятый кубок. Башка моя вертелась и всё вкруг начинало плыть, однако я однако придерживался и ощущал себя уверенно. Заприметил то, что мама удалилась с телефоном в деснице и возвысилась на другой этаж. Я вышел во двор, вобрал свежий ветр осеннего повечера, прошёлся капельку; мне стало воздушнее, ага и весёлость осталась. Непроизвольно поднял бельма и завидел свет в маминой спальне. Я вернулся сквозь пятнадцать минут, а её всё не было. Гости, заливаясь и веселясь, выслали меня на розыски моей бессмертно занятой мамы. Я осведомил где её разыскивать и вошёл к ней в спальню. Она сидела на кровати и беседовала по телефону. В этот вечер на ней было чёрное обтягивающее коротенькое платье, какое сжимало её ножки чуть басистее бёдер, а наверху завязывалось на две ленточки на шее. Горб её была до половины разинута. Мой взор неожиданно для самого меня упал на её ножки, какие были облачены в бежевые блещущие чулочки. Мама, облокотившись одной десницей на койка и тем самым капельку завалившись назад, расставила ножки столь широко, как позволяло ей это сделать платье, и мой любопытный взор поймал изнеженный колер её беленьких трусиков, какой еле броско выглядывал из темноты, таимый аппетитными ножками. Я почувствовал, что сердце моё застучало больше, дыхание становилось больше и гуще, а в мамоне я почувствовал некое тепло. Сознаться, моя мама, дожив до сорока лет, сохранила свою свежесть и молодость. Даже тело её ещё не было тронуто полнотой, какая постигает всегдашне баб её возраста. Она была стройненькой, с аппетитными ножками, кругловатыми бёдрами и гибкой талией. Попа у неё была средней величины и упругой. Груди второго размера были капельку вздёрнуты и в этот вечер держались всего платьем. На все эти прелести я взирал прежде буркалами сына, и они были как-то привычны для меня, однако сейчас я глянул на неё по-другому.
Мама окончила беседа. Белокурый локон почитай желтоватых волос упал медлительно, затворив собой глянец ярко-зелёных огненных глаз. Мамин взор мутно-игривый от веселья и от дербалызнутого спиртного стрелой прожег меня исподлобья. Левый уголок её крохотного ротика с пухлыми алыми губками вытянулся в вряд броскую интригующую усмешку.
- Давай что, затеряли?- иронично осведомилась она.
Я подал ей десницы без слов, и она, уцепившись за мои горячие длани, восстала с кровати. Её дланей я не выбрасывал. Она приблизилась ко мне. Её небольшой рост вынудил меня почувствовать горячее дыхание на своих губах. Мама мимолётно с каплей замешательства глянула на меня, возвысив свои большущие бельма, и тут же томно потупила взор. Не помню будто, однако я очутился у неё за спиной, настолько же вблизи к её телу, будто и был прежде, вобрал карамельный аромат белокурых волнообразных волос и сунулся в них носом, бедственно и мертво вдыхал их благовоние.
- Снежана!– горячим шёпотом я прошептал маме на ушко и губами прикоснулся к нему, сделал нечто похожее на лёгкий нерешительный лобзание.
Она немотствовала, всего бюст её вздымалась от дыхания. Нагнула голову на бок и её беленькая мягкая шейка отворилась предо мною. От ушка я мягко перешёл губами к изнеженной кожи шейки и взялся её целовать. Из уст мамы слетел еле слышный шёпотоподобный стон. Она прикрыла бельма.
- Что ты ладишь со мной!– зашипели её губки.
А я уже зубами развязывал ленточки платья, взялся десницами за эластичный материал и медлительно стягивал его с тела, следя за тем, будто показывается всякий сантиметр её чудесного стана. Спустив платье до поясницы, я восстал на колени и взялся голубить губами тёплую спинку мамы. По хребту долу провёл краешком языка, а между тем стягивал платье с её великолепных бёдер. Отдаленнее оно само сползло по ножкам. Мама всего откинула его в палестину туфелькой на возвышенном каблуке. Перед моими буркалами взялись беленькие полупрозрачные кружевные тоненькие трусики, те самые, какие подглядывали за мной из темноты. Я облобызал их изнеженный материал и краешком языка их взялся облизывать, всякое кружево, а длани отглаживали обаятельные ножки в бежевых блещущих чулочках. Будто всего от этого прикосновения я и возбудился. Мама расставила ножки капельку в сторонки и моя башка очутилась между ними. Нос упирался в её восхитительную попку, а язык голубил трусики в том месте, где была влажная и горячая девочка. Маме это всё нравилось; она меня не останавливала и будто, затворила бельма на то, что её тело голубит её собственный сын. Мои пальчики между тем оттянули трусики капельку в палестину. Опухшая, взмокшая и красноватая пилоточка вырвалась наружу. Краешком языка я водил по половым губкам ввысь и долу, взимал их своими губами, чуть-чуть посасывал и изнеженно покусывал, бойко облизывал клитор. Мама начинала гуще стонать и в её сладостных, будоражащих меня стонах, взялся прорываться голос. Мой язык раздвинул лепестки и вломился в горячее и пылающее лоно. Ныне я оттянул трусики в палестину на попке и от промежности, не убирая язык, провёл его к анусу. Полизал его слегка и всунул язычок в тугой анал. Дланями алчно трогал то ножки, то попку. Затем вновь приласкал мамину писечку и облизывал её до тех пор, доколе не почувствовал сладкий вязкий сок у меня во рту, истекающий в него из разгорячённых половых губок. Мама уцепилась дланью за лобочек, ускорив персты к клитору, сдвинула ножки, соединив коленочки, и громогласно испустила стон, закусив губку и помычав от наслаждения. А мой возбуждённый беспробудный член всё ещё пульсировал у меня в джинсах. Я восстал с колен и толкнул маму на койка.
Снежана упала на перину, испустив визгливый вздох испуга, смешанного с неожиданностью, возвысила ножки и согнула их в коленях, что позволило мне взять обеими десницами беленькие трусики и затянуть их с мамы. Её горячая, измазанная выделением девочка вновь пылала и взирала на меня. Я отхватил собственный член. Снежана захватила его дланью и азбука изнеженно массировать, натянула кожу велико и отворила влажную и блещущую головку. Я приблизился вплоть, восстав между маминых ножек, и мягко ввёл член во влагалище. Алые губки приоткрылись, обхватили беспробудно дуло и я взялся совершать движения. Мама пальчиками голубила собственный клитор, а другой десницей трогала свои груди. Я же придерживался за её филигранную талию и набирал темп, подгоняемый эротичными стонами из её ротика. Ещё минута и я вытащил дуло из пылающего лона, взялся за него десницей, и натянул кожу до гроба, как это было вероятно. Из бардовой головки брызнул стремительный фонтан горячей спермы и крупными каплями увлажнял мамино тело. Струйки проворно взбрызгивали ей на вздёрнутые груди и каштановые, беспробудные от возбуждения сосочки, животик, мягко выбритый лобочек. Пупок её до верху заполнился белокипенной сгущенной жидкостью. Я излил всё до остатней капли и вздоха. Мы оба бедственно дышали, обоих настигло неземное наслаждение, однако мама, погрозив мне игриво пальчиком, взговорила, что это было в начальный и в завершающий один!
Sex-News.Ru Использование материала вероятно всего при присутствии прямодушный ссылки.


ПОДЕЛИТЬСЯ СТАТЬЁЙ
Другие новости по теме
«    Октябрь 2019    »
ПнВтСрЧтПтСбВс
 123456
78910111213
14151617181920
21222324252627
28293031